Чацвер, 23.11.2017, 03:44
Прывітанне, Госць

Аляскей Чарняцоў

студэнт 2 курса спецыяльнасці "Руская філалогія"

Аляксей, як кажуць, "многастаночнік": выступае ў гэтым выпуску нашага альманаха адразу ў трох іпастасях - як паэт (з вершаванымі замалёўкамі), празаік і крытык (гл. раздзел "Кніжная паліца").

Сказка

По небу плыли перистые облака. Заходящее солнце перекрашивало их в розовый цвет, замечательно выделяющийся на фоне закатного фиолетового неба. 
Пролетающий мимо золотой дракон разрезал кончиком крыла одно из облаков. Образовавшиеся облачка поплыли в разные стороны, будто стремясь забыть о том, что когда-то они были едины.  Дракон, оказавшийся совсем молодым (совсем ещё молодой?), от восторга закрутил в воздухе замысловатую петлю, после чего бросился  разбивать остальные облака.
Единорог, некоторое время наблюдавший за резвящимся в небе ребёнком, насмешливо фыркнул, а потом опустил голову. Внимание зверя привлекла возня, происходящая в траве возле  его копыт. Две феи не поделили цветок, и теперь едва слышно пищали друг на друга, изредка стукая растрепавшимся цветком, который был с них ростом, по единорожьему копыту. Белоснежный зверь тихонько выдохнул в сторону спорщиц, привлекая их внимание к себе. Те, ошпаренные горячим дыханием единорога, начали возмущённо пищать, после чего всё-таки посмотрели на того, кто посмел их обидеть. Глаза феечек расширились от испуга, и легкокрылые создания замерли. Единорог аккуратно вытащил мягкими губами цветок из ручек одной из спорщиц, потом поднял голову, переведя взгляд на речку, протекавшую вдали. Феи, отошедшие от испуга, упорхнули к дубу, одиноко стоящему посреди поля. Единорог медленно прожевал цветок, удивляясь никчёмности предмета спора. Он был кисловат, хоть и выглядел очень красиво.
В реке баловались русалки. Они брызгались в друг друга водой, шумно визжа при этом. Водяной, важно восседавший на коряге, притворно хмурился, и даже покрикивал на баловниц, когда капли воды попадали на него. Через какое-то время хозяин речки поднял голову, и, встретившись взглядом с единорогом, задорно подмигнул ему. 
Однорогий зверь в ответ на это весело заржал.  Этот звук заставил притихнуть русалок, фей – прижаться к своему дубу, и лишь водяной ухмыльнулся в заросли зелёных водорослей, заменяющие ему бороду. 

***
Вечерние сумерки подкрались незаметно. Каких-то несколько мгновений – и долину окутало синим покрывалом. Покрывало быстро темнело, грозя превратиться в чёрный саван ночи. Русалки нырнули в воду; водяной через несколько мгновений последовал за ними. Феи юркнули в дупло дуба, вдруг засиявшее ярким светом. Дракончик не спеша полетел в сторону гор, которые длинной цепью опоясывали долину на севере, прикрывая её от холода Ледяных земель. 
Мир затих. Даже кузнечики перестали стрекотать, попрятались по своим норкам. В вечернем воздухе не летали бабочки и птицы, не шумели деловитые пчёлы. 
Лишь единорог стоял, всё так же смотря на реку. Луна, словно огромная круглая кость в пятнышках земли, воссияла посреди ночного неба, осветила его шкуру, превратив зверя в стальную статую. Глаза его, при свете солнца казавшиеся мудрыми и всезнающими, теперь горели ярким светом. Чем темнее становилось вокруг, тем ярче был блеск.
Когда ночь взяла в плен всю долину, глаза единорога уже были ярко-красными. Он резко вздрогнул, словно очнулся после долгого сна. Преступив с копыта на копыто, единорог неуверенно прошёлся  к реке. С каждым его шагом неуверенность спадала, а к реке он подошёл грациозным и величественным.
Гармоничным движением, полным царственного достоинства, единорог наклонил голову к воде и сделал несколько глотков. Через некоторое время, оторвавшись от питья, он громко заржал. 
Подул слабый ветерок. Грива единорога стала шевелиться, покорная ветру. В воздухе резко посвежело, будто только что прошёл дождь с грозой. Ветер всё усиливался. Когда трава в поле стала метаться в стороны, покорная движениям ветра, единорог не выдержал. Он сорвался с места и поскакал по полю, стремясь обогнать ветер. За считанные мгновения великолепный зверь оказался возле дуба. Порывы ветра шатали верхушку могучего дерева, сбивали листья и тоненькие, сухие ветки. 
Единорог не останавливался. Он был рождён для скорости, и по-другому жить не мог. День всегда казался ему скучным испытанием; белоснежный зверь нетерпеливо ждал ночи. 
Дуб остался далеко позади. Ветер перешёл в ураган, и теперь дул навстречу единорогу, играя с ним. Зверь принял вызов, и мчался всё быстрей и быстрей…

***
Солнце забрезжило на горизонте. Оно поднималась оттуда, где брала свой исток река. Вместе с течением солнце продвигалось всё дальше и дальше, освещало новые земли, пробуждало жизнь. 
Вскоре оно осветило дуб, рощу, стоявшую на другом берегу реки, маленькие домишки гномов, построенные за рощей. Солнце разбудило русалок. Те вынырнули на поверхность воды, залезли на камни и  грелись под солнечными лучами. Солнце пробудило фей. Стайки легкокрылых существ вылетели из дупла дуба, и рассеялись по вновь освещённой равнине. 
Лишь единорог стоял на том же месте, где закончил вчерашний день.  Он был спокоен и терпелив. Единорог мог так же насмехаться над молодым дракончиком, считать легкомысленными фей, но это не отличало его от них. В глубине души он был таким же. И единорог это знал.

***
Солнце осветило юношу, спящего на кровати. По его безмятежному лицу можно было понять, что просыпаться ему ещё рано - во всяком случае, по его личному мнению. Но в жизни не бывает, чтобы всё шло исключительно так, как хочется. Когда большая стрелка настенных часов переместилась на цифру семь, а длинная на двенадцать, в комнате запищал телефонный будильник. Юноша вздрогнул и, не размыкая век, потянулся к лежащему на полу телефону;  когда он нашёл его, то на ощупь отключил будильник.
После этого парень снова уронил голову на подушку, явно намереваясь спать дальше. Но не тут-то было! Телефон предусмотрительно настроенный на срабатывание каждые пять минут, опять запищал. Чтобы его отключить, надо было полностью проснуться. 
Через пять минут одетый  юноша торопливо чистил зубы в ванной. Потом, сбрив зачатки щетины на подбородке, сказал своему отражению в зеркале.
- Эх, как же я хочу туда!..
Он всё ещё думал о сказочном мире: драконах, феях, гномах, и, наконец, о безумной ночной скачке.

***
Утром поезда метро редко бывают полностью заполнены людьми, но бедолаг, которым приходится куда-то ехать в такую рань, обычно хватает, чтобы заполнить больше половины вагона. 
В одном из поездов ехал обычный мужчина, очень серенько одетый. У него был обыденно-заспанный вид.  Мужчина тоскливо озирался по сторонам, отмечая таких же, как и он, неудачников, которые, дожив до солидного возраста, так и не смогли купить себе личное средство передвижения, будь то обычная машина, мотоцикл или вертолёт с самолётом, и ездили на метро.
Мужчина по образованию был психологом.  Но в жизни так и не нашёл себе применения, поэтому подрабатывал сторожем на складе и грузчиком в магазине. Денег хватало, одалживать у знакомых ему приходилось крайне редко, но на что-то большее, чем еда, одежда и другие необходимые человеку вещи вроде телефона мужчина рассчитывать, увы, не мог.
На одной из станций в вагон вошёл парнишка лет восемнадцати. Он тоже казался заспанным, но взгляд у него был живым - так и играли в глазах весёлые искорки. 
Юноша стал посреди салона, но так, чтобы не мешать остальным пассажирам. Поручни он проигнорировал и мечтательно смотрел за окно поезда: видимо, видел там что-то, незаметное другим людям. 
«Да что тут гадать, небось, видит сказочных существ, великие подвиги и прочие романтические закидоны!»  - заворчал про себя обычный мужчина. - «Жалко его даже. Жизнь лёгкой не будет».
Но в глубине души он точно не знал: жалеть паренька, или, возможно, всё-таки… завидовать ему?

23.08.2012 – 25.08.2012

Стихи на злобу дня

Пищит, назойливый, как муха,

Мерзотный голосочек твой

 Влеплю тебе я оплеуху - 

Пусть воцарит везде

Покой.

***

Трезвонит телефон –

На «вибро»

он включён.

Толкну его рукой –

Не нарушай покой!

***

Нет солнца

в огромном, бессмысленном небе

Нет мысли

в бесформенной груде идей.

О как, человеки,

вы мне надоели…

Погнать от себя бы вас, будто чертей!

***

Вы видите лужи?

Вы видите слякоть?

...смеётесь?

Ну, что ж.

А мне хочется плакать…